Один человек пошёл мусор выносить, а тут смотрит: рядом с одной из квартир пакет стоит. Прямо как у него! И воняет, главное, также. «Нехорошо», — подумал человек. — «Очень неприятные флюиды источает этот пакет, наряду с моим. Наверное, люди, живущие в этой квартире, не имеют возможности выкинуть свой мусор. Может быть, времени у них нет или, не дай бог, сил и здоровья… Захвачу-ка я чужой мусор с собой и выброшу, ведь мне по пути».

На следующий день пошёл человек опять мусор выносить. Глянь: а у знакомой двери уже два пакета стоит. И, главное, придерживаются всё той же традиции – воняют. «Нехорошо», — подумал человек во второй раз. — «Видимо, болеют сильно люди-то. Грипп явно подхватили, температуру сбить не могут…». Взял человек оба пакета и двинулся с ними к мусорному баку.Читать далее

Гулял как-то Михаил Боярский подле канала Грибоедова. А тут ему навстречу Сергей Безруков. «Вы откуда тут, каналья?!» — вскричал Боярский, выхватывая шпагу. «Да я прямиком из Казанского. Службу вот отстоял». «И как оно, Серж?» — вопросил Михаил Сергеевич, шпагу, однако, не убирая. «Все хорошо, Михал Сергеич, все хорошо. И Вас вылечат, и меня вылечат».

Человек-кукуруза появился вдруг ниоткуда. Кажется, со стороны Большой Зелениной. У него были косматые кудри свинцового цвета и глаза, похожие на стекло, на которое дышат мальчишки и девчонки, чтобы потом на нем что-нибудь эдакое написать или нарисовать.

У Человека-кукурузы было желтое плотное тело – совсем неаппетитное, надо сказать. В грязных, с траурной каймой, руках, Человек-кукуруза держал пачку листовок или флаеров. Их он довольно агрессивно всучивал прохожим, приговаривая: «Вареная-кукуруза-вкусная-кукуруза-свежая-кукуруза-вареная-кукуруза-вкусная-кукуруза-свежая-кукуруза…». Он увидел меня и бесцеремонно спросил:Читать далее

***
В детстве, каждое лето Владик проводил в деревне у бабушки. Он не любил пионерские лагеря, несмотря на то, что никогда там не был. Вот деревня – да! – она его манила всегда. Лес, рыбалка, купание! Красота!

Как только в школе заканчивались занятия, Владик уезжал в гости к бабушке, чему родители, конечно, были несказанно рады.
В деревне у Владика была своя компания – из таких же «городских», как и он, «понаехавших» в маленькое селение близ небольшой речки Комарийки.

Ребята из компании обожали рогатки, из которых они стреляли мелкой и удивительно ровной галькой, что во множестве лежала на центральной дороге деревни. Лучшим другом Владика был Славка. Читать далее

В дверь редактора газеты «Алданский листок» кто-то неуклюже постучал.
— Войдите! — сказал Василь Василич, снимая очки и свертывая «аську» на компьютере.
В кабинет вошел небольшого роста человечек с синими припухлостями под глазами и рыжей щетиной на морщинистых щеках.
— Здрасьте! — застенчиво сказал он.
— Здравствуйте! Чем могу служить-с? Присаживайтесь.
Василь Василич любил иногда козырнуть чем-нибудь эдаким из XIX века. То пенсне, найденным у недавно умершей бабушки, то сигарой, то лексиконом или особым произношением со словоерсами, как сейчас.
Человечек неуверенно подошел к стулу, который обычно стоял перед редакторским столом и предназначен был именно для посетителей. Осторожно присел, снял потертую шапку из кроличьего меха и скомкал ее в руках.
— Я… это… Искрю! Читать далее

Даниилу Ивановичу Ювачеву посвящается

Охранник сидел в будке из оргстекла.
Никто не проходил.
Было скучно.
Охранник достал пакетик с семечками и начал их потреблять. Правой рукой он кидал по семечке в рот. Шелуху сплевывал в левую ладошку. Одна шелушинка прилипла к правому уголку нижней губы. Он заметил это в слабом отражении, которое туманилось в оргстекле. Охранник прилепил вторую шелушинку к левому уголку нижней губы, вообразив себя Дракулой.

Вошел молодой человек. Читать далее

Евгений Гришковец сидел на кровати в гостиничном номере заштатного российского городка. Он был одет в пальто и большой вязаный шарф, несколько раз обмотанный вокруг шеи. На голове его не было ничего. Оставалось каких-то полчаса до очередного спектакля, Евгений Гришковец ждал — за ним должен был приехать автомобиль.

Глаза Евгений Гришковца внимательно обозревали номер в поисках чего-нибудь интересненького. Интересненькое никак не находилось. Вдруг взгляд его упал на бигуди, что лежали на тумбочке возле кровати.Читать далее

Борис Акунин сидел у камина в кресле-качалке и пил красное вино из фужера.
Григорий Чхартишвили сидел напротив него на табурете и завидовал. Григорий Чхартишвили нервно стучал по табурету ногтями.
Борис Акунин оттолкнулся ногами от пола и начал с удовольствием качаться.
Григорий Чхартишвили посмотрел на свой табурет и от злости плюнул на пол.
Борис Акунин усмехнулся.
Григорий Чхартишвили скрипнул зубами.Читать далее

Я люблю чай.
Я очень люблю чай.
Больше всего я люблю пить чай где-нибудь в тихом месте.
Но чтобы были люди.
Люди обязательно чтобы были. Но тихие люди.
Они бы разговаривали как бы фоном. Как бы музыка.
Не трогали бы меня. Но были.

А вот и чайная. Удивительно.
Настоящая чайная.
В наш век макдональдсов и пивных чайная — это оазис.
Я счастлив. Я сижу в чайной. Я заказал чай. Мне принесли чай.
Я пью чай. Чай прекрасен.Читать далее

Вся сила в бороде.
Не брился неделю. Силы вливались в меня ежедневно. Каждый шаг мой сотрясал землю до самого ядра. Здороваясь с людьми, я ломал им руки. Кот меня стал бояться, а люди завидовать.
Вчера побрился. Кот прыгнул ко мне на грудь и укусил за нос. Гад.
Вся сила в бороде.